Космический казак-кочевник

Научный сотрудник Института степи Уральского отделения РАН Алексей Палкин здоровенный детина с седыми волосами, стриженными почти под ноль. Алексей вываливается из зала автоматических камер хранения Казанского вокзала, широко улыбаясь. Почти Капитан Америка: прохладное утро, но на нем только камуфляжная гимнастерка с шевроном войск связи и группой крови, камуфляжная майка и берцы. С ним вместе идет профессор Сергей Левыкин, тоже в камуфляже и тоже из Института степи доктор географических наук Левыкин руководит там отделом природопользования.
Палкин широким шагом выходит из здания вокзала, небритый профессор еле поспевает за ним. Палкин изучает, что изменилось в столице с его последнего визита. Разглядывает памятник создателям железной дороги. Памятник, говорит, неправильный, все перепутано, а в городе сплошная суета. Доходят до ближайшей забегаловки, берут чай и садятся за столик. Алексей деловито убирает пакетики с сахаром в карман гимнастерки: он же в экспедиции. Впереди еще 9 часов ожидания самолета: сотрудники института едут в экспедицию на Север, конечный пункт Новосибирские острова.
Ландшафт там похож на марсианский, смеется Палкин на весь зал. Так что эта экспедиция первый этап моего полета на Марс.
Шансы попасть в программу у Палкина ничтожные, но он не сомневается, что из всех 8197 россиян, подавших заявку, выберут именно его. Про себя Палкин говорит просто: Я человек. Пока не марсианин. И улыбается. Родился в Челябинске в семье ракетостроителей, через три года семья перебралась в Златоуст. Поступал в челябинский пед на факультет истории и права, потому что на юриста в 89-м году в Челябинске учиться было негде. Доктором юридических наук Палкин стал только через двадцать лет и не жалеет: история и право стоят на стыке.
В армии не был ни дня, гимнастерку (вместе со званием лейтенанта) получил на военной кафедре, так и носит ее в походы. Зато у него есть мундир Оренбургского казачьего войска и медаль за организацию военизированной игры, в которой участвовали трудные подростки и сотрудники МВД. Подростками Алексей занимался всегда: после университета его позвали работать главой комитета по делам молодежи в администрацию Златоуста.
Молодой чиновник увлекся философией, стал изучать геополитику и в 97-м поехал в Москву, где познакомился с идеологом евразийства Александром Дугиным. Дугин тогда еще был без бороды, сидел в подвале созданной им вместе с Лимоновым НБП и подписал Палкину книгу Основы геополитики. Потом Палкин преподавал в родном Челябинском госуниверситете на факультете Евразии и Востока международные отношения и нацбезопасность. Но ушел оттуда из-за реформ.
Если представить команду марсиан в виде четырех базовых элементов, то Палкин был бы землей. Он объясняет эволюцию своих воззрений: раньше был русским националистом, потом понял, что это узко и несвойственно России, затем евразийство, ну а сейчас следующий, еще более высокий уровень русский космизм и степеведение. Так он и оказался в Институте степи.
Степь, втолковывает мне Алексей, это основа всего: здесь было и Пугаческое восстание, и Золотая орда, и кочевники, и казаки.
Палкин говорит о степи с поэтическим воодушевлением: культура степняков основана на космическом мировоззрении, степь похожа на свою противоположность море. А кочевник это путешественник, пересекающий землю из одного конца в другой, информационный носитель.
Марс это чистая степь, все больше воодушевляется Алексей. А русский дух уникальный должен выйти в космос и заселить другие планеты. Значит, надо лететь.
Семьи у Палкина нет, возраст его не смущает: через десять лет ему стукнет 51, и он будет в самом расцвете сил, а подготовка у него уже есть.
Запишите и меня, мечтательно говорит напарник Палкина профессор Левыкин. Я тоже хочу на Марс.

Источник: 
Эксперт Online